Ответ на доводы против
6. На первый довод ответим, что есть теологи, которые называют божественную сущность ни единичной, ни общей. Но это утверждение ложно, потому что единичное и общее непосредственно противоречат друг другу; следовательно, невозможно, чтобы какое-либо сущее не было либо тем, либо другим. Далее, божественная природа едина таким образом, что не может умножаться или разделяться на множество себе подобных природ; следовательно, она представляет собой единую индивидуальную и единичную природу, в силу которой Бог по числу един и никоим образом не может стать множественным. Итак, божественная природа обладает индивидуальным и единичным единством, и этому не противоречит ее способность сообщаться трем лицам: ведь она сообщается им не как общее частному и не как высшее низшему, а как форма, или природа, сообщается индивидуальным субстанциям (suppositis): не отделяясь ни от них, ни от самой себя, но целиком пребывая в лицах, причем во всех одновременно и полностью неотличимо от них. Но об этом – в другом месте.
7. На второй довод ответим так: некоторые томисты (я говорю об этом в Комментарии на часть III «Суммы теологии» св. Фомы, вопр. 4, ст. 4) полагают, что духовные природы существуют отвлеченно, как бы в виде единой видовой сущности и совершенства, не обладая собственной индивидуальной определенностью. Но это суждение, а также смысл, который оно могло бы иметь, чтобы не высказывать нечто абсолютно абсурдное и невразумительное, удобнее будет разобрать в следующем разделе, § 21. Что же касается нынешнего рассмотрения, нельзя отрицать, что любая ангельская природа, поскольку она существует в действительности, индивидуальна и единична. В самом деле, коль скоро даже божественная природа, с ее предельной нематериальностью, является индивидуальной и единичной, тем более должна быть таковой любая ангельская природа: ведь она не сообщаема не только множеству природ, но и множеству индивидуальных субстанций, – по крайней мере, не сообщаема по своему естеству. Далее, приводящее к этому выводу рассуждение точно так же применимо к любой духовной природе, или сущности. Невозможно, чтобы к подобной сущности не присоединялось отрицание ее сообщаемости, то есть ее разделения на множество ей подобных сущностей: ведь она не может отделиться сама от себя и быть единой и множественной. Наконец, вопрос о том, способна ли духовная субстанция и природа умножаться по числу в рамках одного и того же вида или нет, не относится к делу. Если способна, то любой индивид этого вида по необходимости должен обладать индивидуальным и единичным единством, да и сам вид может существовать не иначе, как в некоем индивиде, подобно тому как это утверждается относительно прочих универсалий. Если же такое умножение индивидов противоречит этой природе, значит, она, как существующая в действительности, тем более является индивидуальной и единичной, потому что тем более не сообщаема – а именно, не сообщаема по самой своей сути, подобно божественной природе. Следовательно, для обоснования индивидуального единства, о котором мы ведем речь, достаточно добавить указанное отрицание. Но не требуется ли для такого отрицания некоторое позитивное добавление к видовой природе? Об этом будет сказано в следующем разделе.