8. На третий довод надлежит ответить так: постольку, поскольку «человек» существует в действительности, он единичен и не отличается от Петра и Павла. А о том, имеет ли он от них какое-либо отличие из природы вещи, будет сказано в следующем разделе, а также в следующем Рассуждении.

Раздел второй Верно ли, что во всех природах индивидуальные и единичные вещи, как таковые, нечто добавляют к общей, то есть видовой, природе

Раздел второй

Верно ли, что во всех природах индивидуальные и единичные вещи, как таковые, нечто добавляют к общей, то есть видовой, природе

1. Мы показали, что в вещах присутствует индивидуальное и единичное единство. Теперь мы приступаем к рассмотрению сути этого единства. Лучше всего это можно сделать, прояснив, что именно добавляет оно к общей природе, то есть к природе, постигаемой абстрактно и универсально.

Различные мнения

Различные мнения

2. Первое мнение гласит, что вообще – по крайней мере, в тварных сущих – индивид добавляет к общей природе некий реальный модус, из природы вещи отличный от самой природы и образующий вместе с нею индивидуальное сущее как таковое. Этого мнения, как очевидно, придерживается Скот, Комм. на кн. II «Сентенций», дист. 3, вопр. 1; Quodl., вопр. 2; На кн. VII «Метафизики», вопр. 16; и там же – Антонио Андреас, вопр. 17; в общем виде его отстаивает Фонсека, На кн. V «Метафизики», вопр. 3, разд. 2, вопр. 5; также за него бескомпромиссно ратует Иоанн Баптист Монлерий в отдельном «Трактате об универсалиях», гл. 6. Первым доводом в защиту этого мнения, судя по всему, должен быть тот же факт, который побудил Платона (по свидетельству Аристотеля) утверждать, что идеи общего отделены от единичных вещей, – а именно, тот факт, что науки и доказательства имеются для общего, а не для единичного. Далее, сущностные и собственные определения тоже даются для общего, а не для единичного. Далее, свойства, сами по себе заключенные в вещах, присущи им благодаря общей природе, так что будет истинным сказать, что Петр способен смеяться, потому что «человек» способен смеяться. Напротив, контингентные предикаты присоединяются к общей природе через посредство индивидов: так, «человек» бежит, потому что Петр бежит. Таким образом, все это указывает на некоторое различие из природы вещи, которое существует между индивидом и общей природой. Но такое различие возможно лишь потому, что индивид нечто добавляет к общей природе: ведь поскольку он целиком заключает ее в себе, он не может отличаться от нее иначе, кроме как нечто к ней добавляя.