Исходя из этого, нетрудно опровергнуть первое различение, проводимое между акциденциями, возникшими через движение, и теми, которые возникли без движения. В самом деле, если движение понимать в строгом смысле, как последовательное движение, которое совершается из противоположного, то в примере со светом становится очевидной ложность второй части различения. Ведь свет возникает не через движение, а через мгновенное изменение, и не из позитивного противоположного термина, а из лишенности; и, однако, он не может умножаться в одном и том же субъекте. Кроме того, это различение представляется абсолютно второстепенным. В самом деле, какое отношение к численному различию или тождеству акциденций имеет их возникновение через движение или через изменение? Ведь различие акциденций происходит не из этого, а из них самих либо из субъекта. Если же субъект находится в потенции относительно некоторого тепла, которое возникает последовательно, то почему не сказать, что он находится также в потенции относительно некоторого света, пусть и возникающего мгновенно? И наоборот, если субъект пребывает в потенции относительно многих светов, то почему бы ему не пребывать в потенции относительно многих порций тепла? Если же скажут, что в то, что возникает последовательно, деятель не вводит новой акциденции, но усовершает предсуществующую, то это же самое будет сказано и о свете, и о любом другом подобном качестве: подобно тому как оно возникает в одно мгновение из лишенности, как из своей противоположности, так же оно может и мгновенно возрастать в интенсивности из лишенности данной степени интенсивности. Так что здесь тоже применим довод из Дунса Скота, приведенный выше: не только последовательное движение, но вообще любое действие природного деятеля направлено на то, чтобы уподобить себе претерпевающее; и поэтому он не воздействует на себе подобное, но требует в претерпевающем лишенности как начала своего действия. Стало быть, когда свет пребывает в воздухе, находясь в четвертой степени интенсивности, и добавляется новый источник света, то теперь свет воздействует на воздух уже не как на подобный себе четвертой степенью, но скорее как на не подобный себе в более высоких степенях интенсивности. Следовательно, рассуждение относительно акциденций остается одним и тем же, возникают ли они через изменение или через движение.

13. Если же движение понимать в этом различении не в строгом смысле, а как изменение, так что смысл будет таким: акциденции, сами по себе возникающие через собственное действие, не умножаются в субъекте по числу, а другие акциденции умножаются, – то и тогда это различение может быть оспорено. Во-первых, потому, что оно производится через нечто абсолютно внешнее и случайное для численного различия акциденций. Во-вторых, потому, что ни одна его часть не выдерживается последовательно. В самом деле, чувственные формы[611] возникают через собственное действие, и, тем не менее, умножаются по числу в одной и той же части среды. Звук тоже, как представляется, возникает сам по себе, через собственное действие, и, однако, умножается по числу в одном и том же субъекте. Это подтверждается опытом: ведь мы воспринимаем на слух согласное звучание многих голосов в одно и то же время и через посредство одной и той же среды, что было бы невозможно, если бы звуки не были различными. И наоборот: фигура сама по себе возникает не через движение, и, однако, не может умножаться по числу в одном и том же субъекте. То же самое имеет место в отношении всех подобных абсолютных вещей, которые не умножаются через изменение чего-то внешнего, как это происходит с вещами относительными. И поэтому, возникая не через себя, они не могут умножаться в одном и том же субъекте ни через себя, ни сопутствующим образом, поскольку та форма, которая возникает через себя и следствием которой они являются, не умножается по числу в одном и том же субъекте.