Решение вопроса в том, что касается способа одновременного пребывания многих акциденций в одном и том же субъекте

Решение вопроса в том, что касается способа одновременного пребывания многих акциденций в одном и том же субъекте

15. Итак, при подобном разнообразии мнений трудно предписать в этом вопросе какое-либо правило и указать его истинную причину. Однако две вещи представляются мне здесь несомненными. Во-первых, то общеотрицательное высказывание, что в одном и том же субъекте не могут присутствовать многие акциденции одного и того же вида, не поддается верификации в абсолютном и безусловном смысле, то есть без всяких ограничений. Более всего меня убеждают в этом примеры с интенциональными формами и отношениями, если допустить, что отношения есть нечто реальное, отличное из природы вещи от абсолютных вещей. А вот пример со звуком не столь убедителен: как потому, что звук лишь предположительно возникает сам по себе и первичным образом через движение, или действие, так и, прежде всего, потому, что присутствие слышимых звуков в одной и той же части субъекта вовсе не очевидно. В самом деле, звуки всегда изначально возникают в разных местах и воспринимаются в собственном смысле именно в них; когда же они доходят до слуха или до той части среды, которая смежна с органом слуха, они, быть может, доходят уже не в реальном, а лишь в интенциональном бытии.

В качестве других примеров обычно называют непрерывности и длительности двух движений, одновременно возникающих в одном и том же: например, одно и то же бревно может одновременно нагреваться и высушиваться; и хотя эти два движения различаются по виду, однако их непрерывности и длительности, видимо, различны только по числу. Но эти примеры не слишком убедительны. Во-первых, потому, что, как вполне вероятно, ни длительность не является акциденций или модусом, из природы вещи отличным от существования длящейся вещи, ни внутренняя, существенная непрерывность – акциденцией или модусом самой непрерывной вещи. Во-вторых, потому, что даже если мы примем их за акциденции, они не находятся в движущемся ни непосредственно, ни через посредство движения, которое аффицируют; а значит, они не находятся, строго говоря, в одном и том же субъекте сообразно одному и тому же.

Зато выглядят убедительно примеры, приведенные ранее. К ним можно добавить, что одна и та же потенция способна одновременно принимать много численно различных актов, хотя, возможно, эти акты будут не вполне сходны между собой или не вполне совершенны. Скажем, так происходит, когда воля и чувственное влечение одновременно влекутся любовью к двум актуально различным людям, или когда святой (как многие полагают) любит Бога одновременно по необходимости и свободной любовью.