— Мой камин не годится, верно? Приведут гостя, а тут вонь будет стоять…
— Отчего, Ваше Величество?
— Ну от клея, от тряпок, от краски горящей, — соображал Крадус вслух. — А кухонная печь тоже не подойдет: сейчас там прислуги полно и все при деле…
— А еще наверху есть печка, — пробормотала Марселла, слабо пытаясь вывернуться из-под королевской длани. (Нет, гвардейцев так не обнимают, это мы сравнили зря…)
— Умница, Клотильдочка! Вот эту штуковину дотащишь туда? — Крадус указывал на кукольный ящик.
— Смогу, наверное. Только Марселла я, Ваше Величество…
— Ну? Вечно я путаю вас… да-да, ты меньше. Итак, Марселлочка, надо, чтобы все это хозяйство сгорело дотла. И чтоб ты была с печкой один на один. И чтоб молчала ты про это, как печная заслонка! А не то… Знаешь ведь: болтливых у нас Канцлер не любит. И разбирается с ними лично!
Он убрал наконец свою пятерню, но красный оттиск ее остался на коже, пониже плеча. Слово «Канцлер» и оттиск этот доводили до дурноты.
— Давай, моя птичка, делай. А как там наш гость? Вот натерпелся-то бедолага, а? Слыхала?
— Да. Он сказал, что еще полчаса поплещется, а потом чтоб я пришла полечить коленку его. Почему я-то, Ваше Величество? Доктора же есть…
— Понравилась потому что! — хихикнул король. — Ну, при хорошей тяге в печке получаса тебе хватит за глаза… Только все до нитки спалить, ясно? И ящик тоже!
18
18
Наверх она попыталась нести тот обреченный ящик на голове, как делают на Востоке. И даже не заметила, как рядом оказался Патрик; он тут же перехватил ее груз.
— Я сама, ваша милость… Зачем? Ну ладно… спасибо вам… но только до печки…
Он донес и поставил короб там, где она указала, но уходить медлил. Марселла была бы этим счастлива во всякое другое время, но ведь приказано: «с печкой один на один»… И все же прогнать господина Патрика… нет, кого угодно, только не его!
— Любите в огонь глядеть? Я тоже… — Растопка не заняла у нее много времени. Вот уже и тяга гудит, и отблески огня плясали на его сосредоточенном лице и на ее, смущенном…
Загороженная от Патрика крышкой ящика, она увидела верхних кукол. Впервые! И поняла через минуту-другую: не сможет она их жечь, не посоветовавшись с ним! Рука не подымется!
— Господин Патрик… придвиньтесь-ка. Знаете, я подумала: сказать