И тут произошла забавная история. Как и все лошади, пегас любил сахар, но он был гораздо умней, чем обычные кони. Вот потому-то он раскинул крылья, перестал кувыркаться и ткнулся носом в карман Джима Гарри, в котором учуял сладкое.

Сначала мальчик ничего не понял. Потом достал из кармана сахар и угостил скакуна. Он погладил бархатистую морду, почувствовал шершавую губу на своей ладони и проникся любовью к крылатому коню. А когда сахар кончился, пегас уже был совсем ручным. Он подчинялся командам Джима Гарри, как будто всю жизнь провел под уздой. И у меня не хватит ни слов, ни сердца, чтобы рассказать об этом полете сквозь голубизну неба. Да и поведать о том, что думал и ощущал Джим Гарри, я тоже не возьмусь.

Наконец солнце склонилось к западу, и Джим Гарри решил, что пора возвращаться домой. Он и так уже припозднился, но ему хотелось показать пегаса отцу, матери и брату. И они полетели мимо Хлебной горы к раскинувшейся внизу ферме.

Но дома никого не было. Вся семья отправилась в город, потому что был субботний вечер, и даже работник с фермы поехал с ними. Джим Гарри растерялся, не зная, что делать с пегасом, но не собирался вести его в стойло. Крылатый конь мог не вынести запаха. В конце концов Джим Гарри оставил пегаса пастись на длинной привязи, а сам вошел в дом.

Вечером он еще раз прокатился на пегасе, вернулся домой около десяти и сразу лег спать, потому что умаялся за день. Он не слышал, как вернулись родители, а они в темноте не заметили пегаса.

Как бы то ни было, утром Джим Гарри проснулся оттого, что его расталкивает отец, вид у которого был бледный и нездоровый. Старина Энди Уорт разбирался в лошадях и понимал, что никаких пегасов не бывает. Но на северном лугу пасся крылатый жеребец и, стоило только Энди подойти ближе, вспархивал, как птица.

– Он мой, – сказал Джим Гарри. – Я поймал его вчера на Хлебной горе.

– Боже правый! – воскликнул Энди. – У такого уродца наверняка есть хозяин. Надевай штаны и бегом на луг!

Как только они подбежали, пегас взвился в небо, таща за собой веревку, оборванную еще ночью. Джим Гарри чувствовал себя ужасно, как будто остался без правой руки.

– Позови его, – посоветовал Энди. – Может быть, он вернется.

Джим Гарри так и сделал. Пегас спустился и гарцевал вокруг, настороженно поглядывая на Энди.

– Хватай поводья! – крикнул отец. – Вот так! А теперь… Эй, держи крепче!

Пегас рванулся прочь, волоча за собой Джима Гарри.

– Не подпускает меня к себе? Ну ничего, научится. – Энди прищурился, разглядывая коня. – Ладно, он настоящий. Никогда о таких не слышал. А теперь, Джим Гарри, просто объясни, что вчера случилось. И не вздумай врать.