Джим Гарри рассказал отцу обо всем. А Энди поверил тому, чему хотел поверить.

– У него нет клейма. Отведи его в конюшню, а я схожу за сахаром.

– Я не хочу ставить его в стойло, – заупрямился было Джим Гарри, но только получил затрещину за свои хлопоты.

Они все-таки отвели пегаса в конюшню и приложили немало труда, чтобы его успокоить. Конь то и дело хлестал крыльями по стенам, словно птица в клетке, и пытался взлететь. Энди велел Джиму Гарри хорошенько связать его кожаными ремнями, и мальчик получил еще пару оплеух за возражения. Потом они отправились домой, чтобы позвать Сару, Тома и Бака, работника с фермы.

Возможность показать пегаса домашним должна была обрадовать Джима Гарри, но ему было не до веселья. Пегас в стойле выглядел совсем по-другому. Он то и дело вскидывал голову, недовольно фыркая от неприятного запаха. Другие лошади пугались его.

– Съезжу-ка я за доком Уэстом, – заявил Энди, потирая узкий, заросший щетиной подбородок. – Пусть объяснит, что это за фокус. Хотя, если честно, я даже не представляю, как такое возможно.

Док Уэст, ветеринар, сказал, что пегас – это мутация. Сам он никогда о таких не слышал, зато видел двухголовых телят, а в соседнем округе одна женщина родила ребенка с козлиной головой. Док Уэст говорил вполголоса, с ухмылочкой и поглядывал на Сару. Она скромно примостилась в сторонке и следила за пегасом. Джим Гарри слушал внимательно, но от некоторых слов ему стало не по себе. Его брат Том стоял с разинутым ртом, шумно дыша. И повсюду пахло конюшней. Совсем не то, что мчаться по небу на пегасе. Это было просто ужасно.

Казалось, никто не понимал, что пегас принадлежит Джиму Гарри или, наоборот, Джим Гарри принадлежит пегасу. Ухо до сих пор саднило от мозолистой отцовской руки. От матери никакой помощи ждать не приходилось, она едва не упала в обморок, услышав, что сын летал по небу на крылатом коне.

– Это просто ненормально, – сказала она.

– Но у такой твари должен быть хозяин, – заметил Энди.

– Если бы он был, ты бы об этом услышал, – ответил док Уэст, бросив алчный взгляд на пегаса. – Этот жеребчик принесет тебе кучу денег. Ты ведь не собираешься продавать его прямо сейчас.

– Бог мой, нет, конечно. Я думаю… не знаю. Может, отдам его в аренду зоопарку или вроде того. Готов поклясться, он дорого стоит.

Джим Гарри подбежал к пегасу и встал перед стойлом:

– Он мой. Ты не можешь его…

– Не смей говорить со мной таким тоном, – буркнул Энди. – Да и что ты будешь с ним делать? Свернешь свою глупую голову? Удивляюсь, как это еще не случилось. Надо же оставить коня пастись всю ночь с оборванной веревкой! Просто чудо, что он не сбежал.