Любовные романыДевочка, которая зажгла солнцестр 292
Светлый фон
Тогда, быть может, мне спросить кое о чем другом? Но это также глупо, потому что я слишком хорошо знаю тебя — ты не ответишь честно. Мы так быстро потеряли маленькую милую девочку, которая своей добротой и искренностью вселяла в чужие сердца светлую радость и надежду на будущее счастье, как лучик, который ведет за собой в кромешной темноте… А теперь ты угасаешь, пчелка. Стремительно, словно тоненький фитилек погружается в растопленный собою же воск, и пламя тонет в полужидкой массе, становится все более блеклым и уменьшается, пока не исчезнет вовсе. Мне стоит сказать это вслух? Думаю, ты только что услышала нечто подобное.

Робертсон указала головой на верхний этаж и неразборчивое бормотание в комнате матери, а после снова обратилась к Рэйчел немного насмешливо и вопросительно. Девочка моргнула и взяла еще один кекс, машинально его пережевывая, но не разрывая волшебной зрительной связи.

Но ты ведь это изменишь, правда? Странно только одно: я не понимаю, нуждаешься ли ты в помощи? Говорят, сильные люди не показывают своих чувств, а мастерски создают иллюзию душевного спокойствия, но я понять не могу — с каких пор ты стала такой… скрытной? Раньше можно было заглянуть внутрь тебя и без усилий увидеть все прекрасное, что там хранилось — детские желания, мечты, стремления и разочарования. Но теперь туда не попасть так просто. Ты будто засов повесила, спряталась ото всех и не хочешь ничего слышать. И мне правда страшно, когда я пытаюсь найти причину такому поведению: даже представить жутко, что могло произойти с тобой, милая, за очень короткий срок; куда подевалась улыбка, где оглушающий заливистый смех и беззаботность? Еще хуже то, что я догадываюсь об ответе. Не будем произносить то, что итак ясно и очевидно. Но для кого?

Но ты ведь это изменишь, правда? Странно только одно: я не понимаю, нуждаешься ли ты в помощи? Говорят, сильные люди не показывают своих чувств, а мастерски создают иллюзию душевного спокойствия, но я понять не могу — с каких пор ты стала такой… скрытной? Раньше можно было заглянуть внутрь тебя и без усилий увидеть все прекрасное, что там хранилось — детские желания, мечты, стремления и разочарования. Но теперь туда не попасть так просто. Ты будто засов повесила, спряталась ото всех и не хочешь ничего слышать. И мне правда страшно, когда я пытаюсь найти причину такому поведению: даже представить жутко, что могло произойти с тобой, милая, за очень короткий срок; куда подевалась улыбка, где оглушающий заливистый смех и беззаботность? Еще хуже то, что я догадываюсь об ответе. Не будем произносить то, что итак ясно и очевидно. Но для кого?