– Здравствуйте, госпожа Звонарёва! – поклонилась она Варе, ожидая, когда та протянет ей руку.

– Это Валя? – обернулась к Блохину Звонарёва.

– Она самая, моя, так сказать, супружница в крепости…

Варя подошла к девушке и крепко её поцеловала.

– Будем знакомы! Быть может, ещё не раз придётся встречаться в жизни.

– Очень, очень рада познакомиться с вами, Варвара Васильевна! Мне столько о вас говорил Филипп Иванович. И всё только хорошее…

– А я о вас, Валя, знаю от Ольги Семёновны, и тоже – только хорошее… Хорошо придумал Филипп Иванович насчёт вашей болезни.

– Здесь мы может перекинуться с вами парой слов без посторонних свидетелей, – улыбнулся Блохин. – В этой проклятой гордеевской шкуре я скоро совсем одичаю.

– Потерпите, Филипп Иванович! – ободряюще взглянула на него Варя. – Там, в Питере, с волнением и надеждой следят за вашей работой. Мне надо бы встретиться с Волковым.

– Это через Ольгу Семёновну, – подсказал Блохин.

– Хорошо, – понимающе кивнула Варя и обернулась к Вале: – А вас, Валюша, попрошу зайти вечерком к Ольге Семёновне за письмами для Вонсовича, Климова и Коссачёвой. Предупредите только их, что после прочтения письма надо немедленно уничтожить.

– А мне? – упавшим голосом спросил Блохин.

– Не забыли, значит? – улыбнулась Варя.

– Да как же можно забыть Шурку с детьми? – даже обиделся Блохин. – Они стоят у меня перед глазами… и Шура, и детишки…

– Есть и вам, пребольшущее…

– От Шуры?

– От неё! – подтвердила Варя. – Тоже передам вечером, у Ольги Семёновны.

– Смотри, Матрёна, жена моя разлюбезная, – с шутливой назидательностью сказал Блохин Вале. – Не забудь перво-наперво захватить письмо от моей законной жены.

– С большим даже удовольствием! – ответила Валя.

Для видимости Варя выписала Вале два рецепта и, тепло распростившись с мнимой больной и её мужем, покинула флигель.