— Честно сказать, думал я о том, и не раз. Да нет у нас таких мастеров, чтобы большие хоромы из кирпича возводить. Ты права, есть бояре, которые ставят себе каменные палаты, да для нас они малы будут, мне ведь огромные палаты нужны и для больших обедов, и для приёмов, таких нет сейчас ни у кого на Руси.

— Так в чём же дело? Тебе же служат иностранцы: денежники, толмачи, оружейные мастера, послы. Почему бы тебе не послать за строителями?

— И над тем я думал. Есть пока что у меня заботы поважнее. Первым делом соборный храм надо достроить. Стены крепостные обновить. И потом... — Иоанн задумался, стоит ли говорить жене о затаённом, но решился: — Если уж строить себе каменные хоромы, так надо делать это основательно, с размахом. А где место взять? Ты погляди, что в крепости творится? Двор на дворе, терем на тереме. Словно в улье пчелином всё забито. Надо выселять народ за стены города, а кого? Братьев? Дядю? Матушку? Бояр Патрикеевых, Холмских, Ховриных, Ряполовских? Все родичи мои, все служили веками моим предкам, каждый права свои имеет и отстаивать их будет... Непростой это вопрос, как на первый взгляд кажется. Но ты права, начинать с чего-то надо...

— А знаешь, как у нас, у греков, называется центр города на горе, за каменной стеной? — решила отвлечь мужа от забот Софья и неожиданно перескочила на совсем иную тему: — кремль!

— Знаю! — спокойно ответил Иоанн. — И наш город так иные греки называют. Только у русичей не прижилось это наименование. У каждого народа свой язык. По-нашему поселение, защищённое каменной или деревянной стеной, то есть огороженное, — называется городом. Всё, что снаружи, — посадом. Хотя многие теперь и посад Москвой называют, разросся город, в одни стены не помещается. Вот ещё проблема, надобно вторую стену каменную возводить. Да не для нынешнего дня мы с тобой разговор затеяли. Ты мне лучше скажи, чем в монастыре ночь занималась, раз не спала?

— С монахинями беседовала, с матушкой-настоятельницей, очень интересная женщина, умная, начитанная, говорит хорошо.

— И что она тебе наговорила за ночь? — полюбопытствовал Иоанн, слегка заволновавшись.

— Да ничего интересного, — уже без настроения, нахмурившись, ответила Софья.

— Ну да ладно, супруга моя, — не стал допытываться Иоанн. — Давай-ка пообедаем, да поработать мне надо. Убытки подсчитать, погорельцам помочь. К тому же у меня посол от крымского хана Хозя Бердей томится, ответа на ханские послания ожидает. Дело важное, его как следует с боярами обсудить надобно, а всё, видишь, недосуг.

За обедом Софья пыталась расспросить, что это за посол из нового ханства, о котором она почти ничего не знала. О самом Крыме она помнила лишь то, чему её наставляли когда-то учителя. Помнила, что там находились византийские и греческие колонии и поселения, которые прежде, пока их не начали разорять татары, были известными и богатыми. Ей было интересно, что происходит там теперь. Но муж был усталым и неразговорчивым, и она оставила его в покое. Ей и самой было не до веселья.