Он вновь поклонился и достал из-за полы своего богатого камзола продолговатую бархатную коробочку-футляр и с очередным поклоном поднёс её Софье, которая сидела возле окна, чтобы при лучах вечернего солнца почитать Жития.

Она открыла коробку и даже прищурилась от удовольствия: словно солнце брызнуло от сияния каменьев на прекрасном золотом ожерелье, лежащем на тёмном атласном дне.

Елена, Марфа и Василиса Холмская, бывшие тут же с государыней, — все с любопытством склонились к подарку, дружно выразили восхищение работой.

— Да, действительно, прекрасная вещица, — согласилась Софья. — Спасибо, Джьан. Откуда красота такая?

— Я сам, царевна, для тебя сделал. Каменья эти — лучшее, что у меня есть, давно берёг для крайней нужды. Вот она и подоспела. Неделю день и ночь сидел, чтобы быстрее тебя порадовать. Счастлив, что понравилась моя работа.

— А заказы ты принимаешь? — поинтересовалась красавица, под стать мужу, Василиса Холмская, подняв на Вольпе прекрасные, с голубой поволокой глаза.

— Конечно, боярыня, — поклонился и ей мастер, — разве я могу в чём-то отказать... — Вольпе хотел сказать «такой красавице», но при Софье побоялся подчёркивать достоинства другой женщины и потому закончил: — Столь знатной боярыне. — Плутоватые глаза Вольпе дерзко глянули в сторону Холмской, но та не обратила на это никакого внимания, вновь продолжая любоваться подарком.

— Прекрасная работа, — ещё раз подтвердила боярыня. — Я попрошу мужа, и мы закажем у тебя что-нибудь подобное!

Софья медленно прикрыла коробочку, подумав, что была права, сказав, что у Вольпе достаточно припрятано богатств, чтобы не бедствовать. Тем не менее она ещё раз искренне поблагодарила гостя:

— Спасибо, Джьан, мне тоже нравится, как ты работаешь. И я при случае буду рада стать твоей заказчицей.

При её словах по лицу посетителя промелькнула довольная улыбка: он услышал то, о чём мечтал, направляясь к Софье.

— Рад буду всегда служить тебе, царевна, и всем, — вновь кланялся Вольпе хозяйке и затем по сторонам, боярыням, удаляясь за дверь.

При случае Софья похвалилась подарком мужу:

— Хитрый, бестия, — не то похвалил, не то поругал свата Иоанн, — знает, как завладеть сердцем женщины.

— Не шути так, — осерчала Софья. — Моё сердце занято, разве можно им такой малостью завладеть?

— Не обижайся, — примирительно проговорил Иоанн. — Сердит я, оттого и тебе с Фрязиным досталось. Был я сейчас у нового собора: Геронтий почти всех мастеров хороших снял оттуда и на строительство палат своих отправил! Если бы покойный митрополит Филипп предвидел такое, он бы, наверное, помирать отказался. Его мечта, его детище, без мастеров стоит! Я, конечно, понимаю, владыка спешит поскорее двор свой после пожара восстановить, но ведь надо и меру знать! Иное дело — житницы или городская управа, их нельзя откладывать, урожай скоро новый поступать начнёт, его надо хранить где-то, людям надо работать, но без хором огромных можно какое-то время потерпеть! Но митрополит наш новый оказался с характером, упёрся, что хоромы для него важнее, чем новый собор!