Может быть, супруг охладел к ней? Нет, не может быть Необходимо немедля проверить это. Надо любым способом зазвать его к себе Может быть, пригласить мужа к любимице Феодосии, которая с утра чихала и подкашливала? Девочка слегка простудилась, заболела, надо предупредить Иоанна об этом. После смерти первой малышки он очень тревожно относился к любым недомоганиям детей, приходил по первому зову, бросая самые неотложные дела. Впрочем, он и так почти ежедневно навещал их.

Мысли Софьи плавно переключились на детей. Старшая, двухлетняя Феодосия, уже неплохо говорила, могла даже пожаловаться на то, что ей не нравилось. Годовалая Елена пока лишь гордо выговаривала «мама» и «папа», этим словам её усердно обучала нянька. Обе они хорошо отличали из всего окружения родителей, радовались им, но особенно почитали отца. Возможно, сказывался особый интерес к мужчине, их они редко видели рядом, может, замечали, с каким почтением относились к нему все окружающие. Несомненно, влияла на них и исходившая от него сила, уверенность.

Закончив свой туалет, Софья направилась на детский этаж, чтобы проведать ещё раз, как чувствует себя Феодосия Девочки имели каждая свою спальную комнату, но чаще находились вместе, играли или спали каждая в своей кроватке под присмотром няни и кормилицы. Когда царевна зашла и ним, младшая ещё спала, а старшая только что проснулась к тихо разговаривала с няней. Софья потрогала её лоб, он был горячим, глаза блестели.

— Совсем разболелась! — воскликнула мать.

— Да нет, не должно быть, — рассудительно и спокойно ответила ей няня, которую звали Феврония.

Это была вдовица средних лет из хорошей боярской семьи, не имевшая своих детей и искренно полюбившая подопечных княжон.

— Девочка немного простужена, — продолжила Феврония, — я её мёдом напоила перед сном, так она даже и не кашляла больше. В такую погоду несложно заболеть, вон какой мороз лютый стоит! Только печи и спасают!

— Да уж, погода неласковая, — согласилась Софья и поёжилась.

Она всё никак не могла привыкнуть к московским морозам.

— А государь заходил сегодня к детям? — по-возможности спокойнее спросила она.

— Да, ненадолго заглянул с утра.

— А ты сказала ему, что дочери нездоровится? — спросила Софья, стараясь скрыть обиду, вновь охватившую её от известия, что муж, навестив детей, не пришёл к ней самой.

— Он сам заметил, что у неё нос заложен, велел на печке её подержать, да разве удержишь эту козу! Да ещё на печке! Она вон и теперь уже вскочила.

— Голова болит, — пожаловалась княжна, услышав, что говорят о её болезни, и требуя, чтобы её пожалели.