Всякое незнание в пределах субъективности имеет смысл. А, значит, подпадает под определение нормы, и может быть оценено. При этом, нельзя упускать из виду и такой феномен незнания, как неверное истолкование (наличного знания). В Общей психопатологии «неверное истолкование» представлено весьма многими феноменами. От сновидений, до фантазий, иллюзий, галлюцинаций, и бреда. (См. следующую главу). «Знание о незнании» изначально лишает себя apriori-стичности. Рост знания сопровождается ростом незнания и заблуждения. Зенон Элейский любил повторять своим ученикам, что он не только знает больше, чем они, но и больше не знает, чем они!

В обыденном смысле? мы «теряемся», когда обнаруживаем некоторое явление (например, летающие «тарелки»), причины которого нам совершенно непонятны. Когда не можем объяснить наблюдаемое явление и стремимся преодолеть это наше незнание, о котором, тем не менее, можем говорить часами. Для современного человека существует много «повседневных очевидностей», которые не в состоянии объяснить и наука. А он, тем не менее, должен в этих «джунглях незнания» ориентироваться и адаптироваться. А «знание дикарей»? Например, «астрономия догонов» или суггестивные приемы пигмеев?

Тезис «знание о незнании» имеет серьезные смыслы и для гносеологии («строгой науки»), и для Общей психопатологии. Так, перед разными учеными, из спокон веков, стоит задача познания различных видов незнания. Эта задача постоянно решается, оставаясь нерешенной! Почти, как апории Зенона. А рядом стоит «ровесница» данной задаче – проблема искреннего заблуждения.

Итак, рассмотрение ситуации «знание о незнании» и стремление осмыслить ее особенности, в гносеологическом, историческом и Обще психопатологическом планах, с необходимостью предполагают ее обусловленность. Ибо, понимание любой конкретной ситуации «знания о незнании», требует четкой фиксации феноменов наличного знания о том, что именно мы знаем по данному вопросу. Без этого нельзя определить, что же мы не знаем? Но, при этом, нужно учитывать и осмысливать то обстоятельство, что в наличном знании всегда существуют «парадоксы незнания». А, из этого складывается «проблемная ситуация» – «незнания о незнании», которую мы рассмотрим ниже.

Д) Незнание о незнании

Д) Незнание о незнании

Все три описанных выше «состояния» субъекта и его субъективности, как Логоса, могут быть им, субъектом, диагностированы. Так как связаны, с более или менее, определенным предметом. Ситуация же «незнания о незнании» выявляется в феноменологии Общей психопатологии лишь абстрактно. Ибо, она здесь, «беспредметна». «Как нет сознания без «Я», так нет его и без «предмета», суть заблуждение. Убежденность в непременном наличии «предмета» в сознании, основывается на способности каждого мыслящего человека, к ретроспекции и интроспекции своих переживаний. Вернее – на ретроспективной интроспекции! Любой, произвольно взятый «промежуток» субъективности, легко обнаруживает ситуацию, в которой феномены Общей психопатологии и познания, оказываются одними и теми же. Экстраполяция на «настоящее» и «будущее» «опыта прошлой жизни», в индивидуальном отчете времени, постоянное качество психопатологии обыденной жизни.