Когда речь идет о незнании, то в большинстве случаев подразумевается незнание чего-то «определенного». Опять нам поможет Макс Фриш: «человек что-то пережил…». Конечно же, нелепо рассматривать „незнание“ собственных переживаний, как non-ens. В случае „незнания о незнании“ предмет незнания остается неопределенным. Как, вообще, по сути – наши переживания. И, это, несмотря на отношение субъекта к „предмету“ (переживанию) может быть весьма „конкретное чувство“. Боль, или наслаждение, например. Отсюда, экстраполяция, вроде этой: « Я не знаю, что такое моя смерть, но я ее боюсь!» Почему я боюсь то, что я не знаю, и знать не могу? «Предмет» незнания о незнании, о чем можно говорить также весьма определенно, подобен ауре больного эпилепсией перед припадком. Прочитайте внимательнее сцену приступа князя Мышкина в гостинице генеральши Епанчиной!

Незнание чего-то «определенного», характеризует «проблемную ситуацию» и задает направленности вектор. Больше того, формирует познавательный процесс и ориентирует его в конкретных пространственно-временных параметрах. «Незнание о незнании» характеризует допроблемную ситуацию, своего рода «спокойствие духа». «Душевное беспокойство» («О, вещая моя душа, о сердце, полное тревоги») – всегда новый вектор направленности сознания. И, возникает лишь за счет переживания «будущего». А, «здесь» и «сейчас» они у него начисто отсутствуют! Субъект и в «вещей» тревоге, даже не подозревает, о чем его сердце «вещует»! Даже, предчувствие собственной смерти, которое посещает конституционно тревожных личностей, страх собственной смерти, никогда не является «предметом» знания! И, это, витальное переживание есть «незнание о незнании»!

Но, если мы говорим не о познании, а, имеем в виду Общую психопатологию, то «незнание квантовой механики в каменном веке» все равно не является «аргументом, освобождающим от ответственности»! В Общей психопатологии сам «каменный век» может предстать, как «неопровержимый факт моего переживания», «здесь и сейчас», которые немыслимы без «прошлого» и «будущего»!

Рефлексия «допроблемной ситуации» – важное условие внутреннего стимулирования – поиска «ландшафта» для познавательных интенций субъектом (Рильке). Если бы человек вдруг узнал все, ему пришлось бы выдумать незнание! Наша вера постольку вера, а не знание, поскольку существует перспектива постижения неведомых «измерений» бытия! Но, увы, не в своей Духовности, и, не в своем Логосе! А, в Соме: Credo quia absurdum! Вера — мудрейшее определение «незнания незнания»! Но, только, если это не вера в чудо. Ибо, «чудо» – это феномен Общей психопатологии.