Таким образом, из общего количества пленных, указанного Белокобыльским (526 человек), основная часть, включая 182 мирных жителя из зажиточных слоев населения (у Г. В. Егорова в «Крушении Рогова» упомянуты среди зарубленных «кулаки и лавочники»), была уничтожена холодным оружием, а еще несколько десятков человек – путем сожжения. Вероятно, те немногие, кого отпустили на свободу, принадлежали к «кулакам» и подросткам. Вдобавок следует учесть, что, согласно одному из мемуарных источников, при первом штурме Тогула партизаны взяли в плен «около 90 белых, в том числе… штабс-капитана, которого также расстреляли» (из контекста мемуаров вполне очевидно, что и эти захваченные солдаты были убиты)[2055].

Тот же Пороховниченко в 1926 году составил более подробное описание изощренного уничтожения многочисленных сдавшихся защитников Тогула, не упоминая, что этот «страшный суд» якобы пресек Белокобыльский. Пороховниченко фиксировал, что в первый же день нахождения у власти партизаны устроили аутодафе:

Собрали в одну арестную комнату при штабе… начальство, офицерство, состав суда, контрразведку, попов и псаломщиков. Начался так называемый страшный суд, т. е. меру наказания принимали через сжигание на огне…[2056] По одному мгновению Юрчанским Сельревкомом к штабу было привезено два воза соломы, это происходило днем, среди улицы, толпа давила один другого, всякому хотелось посмотреть, в этом сказывалась беспощадная месть супостатам. Прежде чем приступить к делу, духовенство вывели из арестной комнаты на улицу, [конвоиры] садятся верхом, двое ведут [арестованных] на поводу, подают команду «на места», «шагом марш», приказывают [под гармонь] танцовать, петь Христос Вос[к]ресе, комаринскую, заклинать анафемой партизан… После церемониального марша развели несколько костров огня[,] и тут трудно описать[,] какая происходила картина[,] по[-]современному ужасная картина, по тому времени [выглядело] спокойно, ребятишки подтаскивали солому, бабенки, у которых мужья были уничтожены беляками, все просили дать им возможность излить последнюю месть. В первый день захвата [власти] на этом закончилось все. Наехало [посмотреть на казнь] столько крестьян, что все поскотины, все улицы были переполнены[2057].

Собрали в одну арестную комнату при штабе… начальство, офицерство, состав суда, контрразведку, попов и псаломщиков. Начался так называемый страшный суд, т. е. меру наказания принимали через сжигание на огне…[2056] По одному мгновению Юрчанским Сельревкомом к штабу было привезено два воза соломы, это происходило днем, среди улицы, толпа давила один другого, всякому хотелось посмотреть, в этом сказывалась беспощадная месть супостатам. Прежде чем приступить к делу, духовенство вывели из арестной комнаты на улицу, [конвоиры] садятся верхом, двое ведут [арестованных] на поводу, подают команду «на места», «шагом марш», приказывают [под гармонь] танцовать, петь Христос Вос[к]ресе, комаринскую, заклинать анафемой партизан…