В моем отряде канцелярщины не было. Конфискации происходили без записей. Крестьяне приносили пожертвования хлебом, фуражом, мясом и т. д. Казни производились по усмотрению В[оенно-]Рев[олюционного] к[омите]та или согласно приговорам сельских комиссий. В редких случаях в моем присутствии казнились беляки, но [обычно] в присутствии старших или командиров. Ввиду того, что мой отряд состоял из добровольцев, я не мог принимать строгих мер и ввести твердую дисциплину. Во многих местах повстанцы и самостоятельные их действия подрывали авторитет отряда[2230].

Если Рогов усиленно пытался отрицать какую-либо вину, то Новосёлов был откровеннее: «При моих глазах совершено убийств б[ессчет?]ное множество[,] я даже и указать не могу, я работал целый год и в течение этого времени не могу запомнить[,] сколько мною уничтожено. Я не признаю себя виновным лично в производстве казней, но я приказывал [убить,] и жертву уводили и изрубали. <…> Я признаю себя виновным в том, что в гор[оде] Кузнецке совершено убийств при моем участии 40–60 жертв и я считал их жертвами революции»[2231]. В следующих показаниях Новосёлов кое-что конкретизировал:

При казнях[,] имевшим место в г[ороде] Кузнецке[,] я участвовал со[в]местно с командным составом в следующем составе: 1) баталионный [комиссар] I баталиона Лионов, 2) Ворончихин[2232][,] 3) Сысоев[,] 4) семь ротных командиров[,] фамилий их не знаю всех[,] за исключением [В. А.] Булгакова, Кольцова, Возилкина[,] и Рогов сам, начальник отряда. Все поименованные лица и я составляли революционный комитет, но председателя не было и решали дела голословно[,] без никаких секретарских занисений и постановлений. <…> Казнено нами было в тюрьме около 20–25 человек… Что касается городских жителей, то нами казнено около 50–60 человек. Все зверства[,] чинимые партизанами в числе 3000 человек в г[ороде] Кузнецке и в прочих местах, наш революционный Комитет не знал, а если бы мы знали, то в корне пресекали бы. Что касается сжечь церквей в г[ороде] Кузнецка[,] я против этого ничего решительно не имел[2233].

При казнях[,] имевшим место в г[ороде] Кузнецке[,] я участвовал со[в]местно с командным составом в следующем составе:

1) баталионный [комиссар] I баталиона Лионов, 2) Ворончихин[2232][,] 3) Сысоев[,] 4) семь ротных командиров[,] фамилий их не знаю всех[,] за исключением [В. А.] Булгакова, Кольцова, Возилкина[,] и Рогов сам, начальник отряда. Все поименованные лица и я составляли революционный комитет, но председателя не было и решали дела голословно[,] без никаких секретарских занисений и постановлений. <…> Казнено нами было в тюрьме около 20–25 человек… Что касается городских жителей, то нами казнено около 50–60 человек. Все зверства[,] чинимые партизанами в числе 3000 человек в г[ороде] Кузнецке и в прочих местах, наш революционный Комитет не знал, а если бы мы знали, то в корне пресекали бы. Что касается сжечь церквей в г[ороде] Кузнецка[,] я против этого ничего решительно не имел[2233].