Второе постановление Собора касалось вопроса о первенстве между епископами Ингением Арелатским и Симплицием Вьеннским. Данный спор становится вполне понятным, если учесть упоминавшееся обстоятельство переноса префектуры провинции в Арелат в 395 г., тогда как раньше ее центром был Вьенн[681]. Соперничество между Арелатом и Вьенном, таким образом, предстает в качестве противостояния нового административного центра и традиционной первенствующей кафедры для местных церковных провинций. С канонической точки зрения данное постановление представляет собой довольное общее описание привилегий митрополита, не разрешая спора по существу, но предлагая фактический раздел полномочий. Сущность данного постановления следует обозначить как разграничение полномочий между митрополитом и епископами его провинции.

Третье постановление Туринского Собора представляет собой типичный для церковного права разбор прецедента, связанного с нарушением канонов относительно рукоположения клириков. Как следует из текста постановления, обвиненные в злоупотреблениях при совершении рукоположений галльские епископы Октавий, Урсион, Ремигий и Триферий были прощены, поскольку им удалось оправдаться основываясь на том, что ранее их не вызывали на суд, пользуясь, однако, обвинениями, высказанными в их адрес. Имена этих епископов мало известны, но все они подписали в октябре 396 г. каноны Немавсинского (Нимского) Собора. Список епископов, подписавших постановления Немавсинского Собора среди прочих украшают следующие автографы: «Ego Ursus subscripsi, ego Octauius subscripsi, ego Remigius subscripsi, ego Treferius subscripsi». Данный Собор, по мнению Е. Бабюта и Ж. Годме, был фелицианским Собором, что свидетельствует о принадлежности упомянутых понтификов к фелицианской партии[682]. В историографии велась полемика относительно фигур Ремигия и Триферия. Если Е. Бабют и Е. Грифф признавали Ремигия епископом упомянутого города второй Нарбоннской провинции[683] Аквы Сексты, то Ж. Паланк поместил его в Вапинк (ныне Гап), а епископом города Аквы Сексты признавал Триферия[684]. Исходя из своей датировки, Е. Бабют считал этих епископов противниками Прокула Марсельского и указывал, что данный канон окажется впоследствии воспроизведен в четвертом каноне XII Толедского Собора 681 года[685]. Упоминая вину этих епископов, Туринский Собор определил санкции относительно творящих злоупотребления при рукоположениях. В данном каноне идет речь об «ordinatio sacerdotum» (поставлении священников). Под этим термином, столь характерным для источников западного канонического права, могут скрываться как епископские, так и пресвитерские рукоположения, ибо предшествующая рукоположению процедура «electio» (избрание) или «postulatio» (выдвижение) епископа или пресвитера в конечном итоге находила свое окончательное осуществление именно при таинстве рукоположения, конкретным литургическим выражением которого является «ritus consecrationis» (чин посвящения). Как справедливо отметил Ж. Годме, общие принципы церковной дисциплины на Западе, преимущественно именно в Галлии, предполагали осуществление епископского рукоположения тремя епископами. Хотя данный минимум был известен также и на Востоке в виде первого канона апостолов, восточная каноническая традиция настаивала на совершении епископского рукоположения всеми епископами церковной провинции во главе с митрополитом. Данный принцип, выраженный в четвертом каноне I Вселенского Собора в 325 г., в двенадцатом каноне Лаодикийского Собора, девятнадцатом каноне Антиохийского Собора 341 г., был также постоянно подтверждаем римскими епископами, сначала в 343 г. на Сердикском Соборе в шестом (в латинской редакции пятом) каноне, а затем римскими епископами Сирицием и Иннокентием I в различных посланиях[686]. Галльская церковная традиция, напротив, и после Туринского Собора будет подтверждать упомянутый принцип минимума относительно проблемы количества присутствующих при рукоположении епископов. Достаточно вспомнить первый и третий каноны Регенского (Риецкого) Собора 439 г., третий канон I Аравсионского (Оранжского) Собора[687].