554 Религиозные высказывания принадлежат к той же области. Они целиком и полностью относятся к предметам, которые невозможно установить и описать физически. Не будь они таковы, эти высказывания неотвратимо попали бы в область естествознания и были бы сопоставлены с непознаваемым. При соотнесении с физическим бытием они и вовсе лишаются всякого смысла, становятся просто-напросто чудесами, которые в этом качестве подлежат сомнению, но не смогут указывать на реальность духа или смысла, лежащего в их основе, ибо смысл всегда свидетельствует о себе из себя самого. Смысл и дух Христов ощущается и воспринимается нами безо всяких чудес. А чудеса важны лишь для рассудка тех, кто не в состоянии постигать смысл иначе. Это всего-навсего подмена реальности духа, пока еще не понятой. Сказанное не означает отрицания того, что живое присутствие духа время от времени может сопровождаться чудесными физическими событиями; я только хочу подчеркнуть, что эти события не могут ни заменить, ни сделать возможным познание духа, сущностно важное как таковое.

555 Тот факт, что религиозные высказывания нередко противоречат наблюдаемым физическим явлениям, доказывает самостоятельность духа по отношению к физическому восприятию и известную независимость душевного опыта от физических данностей. Психическое есть автономный фактор, а религиозные высказывания суть психические исповедания, основанные в конечном счете на бессознательных, то бишь на трансцендентальных процессах. Последние недоступны физическому восприятию, но проявляют себя через соответствующие психические исповедания. Эти итоговые высказывания опосредуются человеческим сознанием: им как бы придаются наглядные формы, которые, в свою очередь, подвергаются многообразным воздействиям изнутри и извне. Вот почему мы, ведя речь о религиозных содержаниях, неизбежно попадаем в мир образов, указывающих на нечто невыразимое. Мы не знаем, сколь точны или неточны эти образы, подобия и понятия в отношении своего трансцендентального предмета. К примеру, словом «бог» мы выражаем некий образ или словесное понятие, в ходе времени претерпевшее множество изменений. При этом мы не в состоянии привести (разве что при помощи веры) сколько-нибудь надежных обоснований в пользу утверждения, что эти изменения затронули только образы и понятия, а не само невыразимое. Ведь Бога с равным успехом можно воображать и как вечный жизнетворный поток, принимающий бесчисленное множество обликов, и как вечно неподвижное, неизменное бытие. Наш рассудок уверен только в одном: он манипулирует образами и представлениями, что зависят от человеческого воображения с его временной и пространственной обусловленностью и потому много раз менялись на протяжении тысячелетней истории. Нет сомнения в том, что за этими образами скрывается нечто, превосходящее сознание и действующее так, что подобные высказывания не просто меняются, безбрежно и хаотично, но явно соотносятся с рядом немногочисленных принципов — если угодно, архетипов. Указанные архетипы, как само психическое или как материя, непознаваемы в своей основе; мы в состоянии разве что строить их приблизительные модели, догадываясь о несовершенстве таковых, о чем снова и снова говорят нам религиозные высказывания.