Шины присвистнули и тихонько заскрипели по гравию. Машина сделала круг, подъезжая к портику. К ней бросились лакеи и дюжина собак.

– Слава богу, мы дома! – восторженно выкрикнул Филдинг.

Глава 29

Глава 29

Наступил следующий вечер. Ужин закончился. Не спартанская морская трапеза на «Ореоле», не сварганенные Коркораном на скорую руку кофе и тамале[69]. Простая пища, простая и одновременно вкусная, – «честная еда», по незамысловатому выражению Майкла. «Пойдем чего-нибудь перекусим, – предлагал он со смехом, а потом добавлял, несколько напыщенно: – Слава богу, мы всегда можем подкрепиться честной едой». И вот начиналось честное застолье. Мелкие жирные устрицы из Уистабла; простой суп из зайца, густой и питательный; жаренный на гриле лосось из Твида; нежнейшая, готовая растаять грудка цыпленка; сочная, мясистая спаржа; румяное суфле, ложившееся пенной шапочкой на тарелку; особая пикантная закуска происхождением из Страсбурга.

Нет-нет, ничего вычурного, конечно. И все же вполне можно было пропустить блюдо и при этом не остаться голодным. Харви пропустил несколько, Мэри – все, кроме одного. Лишь три ливрейных лакея спасали трапезу от буколической простоты – каждый был украшен адмиральскими эполетами и держался с достоинством эрцгерцога. Несмотря на сумятицу в душе, Харви не мог не задумываться: а реальны ли они? Есть ли у них душа, индивидуальность, собственная жизнь? И если уж на то пошло, реально ли вообще это место? Давайте начистоту – поместье утопало в роскоши. Воздушной, как сливки, утонченной роскоши. Ничего не приходилось делать – в этом ты убеждался немедленно. Всё делали за тебя. Будили утром, приносили чай. Набирали ванну, выкладывали подогретые полотенца. Чудесным образом из ниоткуда появлялись выглаженная одежда, сложенное белье, начищенная до блеска обувь. Тебя брили, одевали, деликатно отправляли вниз завтракать. И это было только начало. Ты мог получить все, что угодно, – стоило только попросить. На Харви в который раз нахлынуло отвращение.

Господи, в этом было что-то удушающее! Даже сигарету не прикурить самостоятельно – к тебе сразу подплывет очередной лакей, держа наготове зажженную спичку.

Харви угрюмо уставился на большое шипящее полено в мраморном камине. Компания находилась в гостиной. Лейт сидел в угловом кресле, Мэри устроилась на прикаминной скамеечке. Майкл и Элисса, поглощенные процессом пищеварения, расположились на обширной кушетке. Все молчали. Поленья шипели и разбрасывали искры. На старинных китайских обоях ручной работы среди небесной голубизны посверкивали серебристые попугайчики. Помещение освещал ряд изящных люстр. На низком дубовом комоде стояли орхидеи, отражаясь в его поверхности, отполированной временем и заботой. Над камином висел портрет Мэри – Харви не осмеливался бросить на него взгляд.