– Слышишь! Что говорят там у Лешека?

Хоть без с великой охоты, Яшко обернулся:

– Ваша милость, если в нас не нуждаетесь…

Плвач, теряя терпение, подошёл и схватил его за епанчу.

– Что мне нужно, то я и спрашиваю! – крикнул он грозно. – Что там из ваших совещаний вышло? О чём там у Лешека духовные и светские совещаются? Тогда скажи мне, я это хочу знать.

– Теперь уже только о Святополке говорят, – отпарировал Якса, – потому что мы в вас уверены, точно в горсти имели.

Плвач скривил уста и начал смеяться.

– Ждут Святополка? – спросил он.

– До сих пор ещё не теряют надежды, – пробормотал Якса.

Одонич прошёлся по комнате, а так как в ней на дороге лежали собаки, он одну и вторую ударил так, что те, заскулив, пошли прочь.

– Долго они так могут ждать? – воскликнул он, останавливаясь. – Мне это нужно знать, это, не больше. Можно их держать ещё несколько дней, чтобы на Накло не шли.

– Несколько дней, несколько дней! – отозвался медленно Якса. – Но медлить нельзя. Лешек и сам Накло обязательно хочет отобрать и другие его к этому склоняют.

– А о походе на Накло не слышно ещё? – прибавил Плвач.

– До сих пор нет, потому что верят, что Святополк прибудет, – сказал Яшка.

– А как же! Прибудет! О! Несомненно! Будет у вас здесь, будет. За это я готов поклясться.

И он начал смеяться, показывая чёрные зубы.

– Готовится с большим двором, ей-Богу, – говорил с издевкой Одонич. – Прибудет. Только немного терпения…

Яшко осторожно приблизился к Плвачу и стал шептать ему на ухо:

– Да и время для посещения нужно выбрать такое, какое следует: или поздним вечером, или утром… потому что стражи достаточно, как она рассыпется по лагерю, прежде чем соберётся и почувствует тревогу, будет время…

Он пробормотал, прижмуривая один глаз. Одонич равнодушно покрутил головой, улыбаясь, и рукой дал знак, что дальше слушать не обязательно, потому что сам знает, что делать.